Мы живем в раю, нахрена нам лучше? Зачем нам развитие? Что не устраивает? Посмотрите на своих родителей, они жили в десятки раз труднее. Гигантский рост сделал нас счастливее? Нет, счастья больше не стало.
Бесконечный рост продолжаться не может. Мы стараемся как можно быстрее высосать все ресурсы из планеты, чтобы улететь на другую? Зачем нам новый айфон, новый автомобиль, новая пара кроссовок? Они делают нас лучше?
Параллельно с улучшением идеального рая растет количество людей, умирающих от голода, тают ледники, истощается земля и очень скоро всем этим накроет золотой миллиард.
По не самому пессимистическому прогнозу население земли лет через 100 дорастет до 11 миллиардов и схлопнется до трех. Ситуацию ухудшает остановившийся естественный отбор. Давления факторов отбора больше нет. Потомство теперь оставляют не только самые сильные или умные.
Единственный вариант выживания - остановить рост. Все призывы к уменьшению выбросов и раздельному сбору мусора - это косметика. Второй закон термодинамики не допускает роста без увеличения энтропии. Чем больше рост, тем больше бардака, тем быстрее рассеивается энергия, тем выше температура, тем ближе конец.
Бег - великий уравнитель. Это основа социализации. Тех, кто каждый день пробегает десятку за час и тех кто пробегает за 30 минут я уважаю одинаково. Пробежать марафон за 4 часа не проще, чем за 2:40. В любом случае нужно менять себя. Бегуны - самая демократичная социализация в мире. Всегда найдется человек у которого ботинки дороже, яхта длиннее, сыр вонючее. Но нет никого круче бегуна, каждый день выходящего на пробежку.
У меня гены родителей. Гены победителей. Гены войнов. Дважды в год я выхожу на битву. Бьюсь с собой, с секундомером, с соперниками, с обстоятельствами, с теорией вероятностей и с энтропией.
На старт Лондонского марафона выдут сорок тысяч бойцов, чтобы дать выход воинственной энергии, заложенной в природе человека. После марафона воевать не хочется. Во-первых, неравенства нет, во-вторых, энергия вышла. И все это с нулевыми выбросами. Вы можете сами сравнить бюджеты марафонов и бюджеты министерств обороны, я думаю, что выбросы пропорциональны бюджетам.
Потребление - это гедонизм. Можно пить сотерн с фуа-гра из слегка запотевшего бокала тонкого стекла , разглядывая барашки на океанских волнах под ласковым солнцем. Но я не пил ничего вкуснее самого простого пива после длинной пробежки жарким днем. Когда вы последний раз ощущали запах мха в осеннем лесу? А когда следили за солнечным зайчиком мелькающим между деревьями? А ночной город после дождя с его звуками, запахами, бликами фонарей на лужах? Бег дает радость от самых обычных вещей несравнимую с недолгим купленным удовольствием. И все это снова с нулевыми выбросами и снова не создавая неравенства - лес принадлежит всем.
Мы добрались до самой вершины пирамиды. Осторожно, не уколитесь. Творчество. Кто-то собирает ретро автомобили, кто-то вина, кто-то бизнес-джеты. Кому-то для творчества нужен лист бумаги и карандаш, кому-то телескоп Хаббл. Мне для творчества нужен секундомер.
Бег - непрерывный поиск очередных двадцати процентов усилий для получения очередных восьмидесяти процентов прогресса. Скорость убивает выносливость. Объемы убивают скорость. Тяжелые тренировки убивают семейные отношения. Семейные отношения создают ненужный бытовой стресс. Частые тренировки убивают бизнес. Бизнес дает деньги на поездки, но не дает тренироваться в полную силу. А еще есть сотни вариантов тренировочных планов и миллионы рецептов правильного спортивного питания. И кроме того, мы все разные и советы лучших нельзя применить к себе.
Сотни компромиссов создают бескомпромиссные результаты. Нет ничего увлекательнее, чем эксперименты на живых людях.
